Отечественные борзые (попытка исследования) ч. III

Очерк был напечатан в № 4 журнала «Охотничьи собаки» за 1999 год.

 

  • Рисунок А. Дёгтева
    Рисунок А. Дёгтева
  • Такими были южнорусские (степные) борзые. Фото из архива Г.В. Зотовой
    Такими были южнорусские (степные) борзые. Фото из архива Г.В. Зотовой
  • Рисунок А. Дёгтева
    Рисунок А. Дёгтева

 

                              

Южнорусская борзая: иллюзия или реальность

                                              

                                                   В скуке, когда весь день сидя против

тушечницы, без какой-либо цели

записываешь всякую всячину, что приходит

на ум, бывает, что такого напишешь, — с ума

можно сойти.

Кэнко-Хоси, Япония, XIII — XIV век

 

Мало кто знает, что стандарт на южнорусскую (степную) борзую отменён в феврале 1992 года решением последнего в истории заседания Всесоюзного кинологического совета. Ввиду, так сказать, отсутствия самой такой породы. Сразу после этого Всесоюзный совет, как и незадолго до этого Советский Союз, перестал существовать; его протоколы не были размножены и, возможно, утеряны. Остались тайнами для широкой кинологической публики и многие его решения. И до сих пор кочует из сборника в сборник стандарт на южнорусскую борзую. Упоминается она и в различных положениях и постановлениях РФОС и Росохотрыболовсоюза по охотничьему собаководству. Но начнём по порядку…

Информации по этой породе очень мало. И из-за скудости данных нам пришлось обращаться по большей части к воспоминаниям ветеранов-кинологов и бывалых борзятников. Более всех мог бы поведать о южнорусских борзых известный эксперт-кинолог К.М. Эсмонт. Он был, пожалуй, самым большим популяризатором и знатоком этой породы. Но Эсмонта, к сожалению, уже нет…

Необычные вислоухие борзые попали в поле зрения кинологов после Великой отечественной войны. Они встречались в степях и полупустынях  Юго-Востока России: Северном Кавказе, Ростовской области, Прикаспийских районах. В экстерьере этих собак были заметны признаки восточных борзых и хортой. В связи с этим считалось, что они получились от смешения тазы, горской, крымской и хортой борзых.

К сожалению, южнорусские (степные) борзые (или то, что ими называлось) уже лет пятнадцать не появлялись на выставках и нам, как и прочим кинологам, за исключением редких ветеранов, приходится довольствоваться описаниями и фотографиями. Судя по ним — это борзые довольно «дворняжистого» вида. И сильно смахивают на обычных выборзков, встречаемых нами зачастую у охотников.

Но привлекали внимание незаурядные полевые качества этих вислоушек, особенно — «железная» лапа, способная выдержать работу по любому грунту. Поэтому по инициативе некоторых кинологов в 1951 году был разработан и утверждён Главным управлением по охране природы, заповедникам и охотничьему хозяйству временный стандарт на породную группу «степная борзая».

Уже с названием «южнорусская борзая» этот стандарт в 1963 году был уточнён комиссией Всесоюзного кинологического совета Главприроды МСХ СССР. Затем он этим же советом  30 ноября 1984 года был принят без изменений и переутвеждён МСХ СССР 26 февраля 1985 года. (Хотя в те годы южнорусские борзые уже практически исчезли.)

Как же должна была выглядеть южнорусская (степная) борзая согласно этому стандарту?

Рост и формат. 62 — 70 см для кобелей и на 3 см меньше для сук. Индекс растянутости у кобелей около 102, а у сук около 104.

Окрас. Белый, чёрный, тигровый, красный и половый всех оттенков, сплошной или пегий. Допустимы красноватые или сероватые подпалы и крап в тон окраса. Возможна «мазурина» — чернота на морде, ушах, нижних частях конечностей.

Шерсть. На корпусе прямая, несколько жестковатая, длинной от 2,5 см летом до 4,5 см зимой. На голове и передней стороне ног несколько короче. На ушах и по низу хвоста удлинённая, на тыльной стороне бёдер небольшие очёсы. Подшерсток зимой густой. На лапах между пальцами жёсткая короткая щётка волос.

Голова. Сухая, клинообразная, удлинённая с умеренно широкой черепной частью. Затылочный бугор выражен умеренно. Переход от лба к морде плавный, слабовыраженный. Верхняя линия щипца ( морды ) прямая или с чуть заметной горбинкой. Морда заострённая, сжатая с боков. Губы тонкие, сухие.

Уши. Средней величины, висячие, несколько оттопыренные на хрящах. Посажены на уровне глаз или выше. Треугольные, но с закруглёнными концами.

Глаза. Большие, овальные, слегка навыкате, с косым разрезом век, карие или тёмно-карие.

Мочка носа. Чёрная ( для светлых окрасов допустима коричневая ).

Шея. Длинная, сухая, округло сжата с боков,  слегка выгнутая, поставлена высоко.

Холка. Хорошо выражена.

Грудь. Относительно широкая, овального сечения, опущена почти до уровня локтей.

Спина. Широкая, мускулистая, почти прямая, несколько выгнута вверх.

Поясница. Короткая, выпуклая, мускулистая.

Круп. Широкий, покатый. Ширина между маклаками около 7 см.

Живот. Подобран, пахи подтянуты.

Передние конечности. Сухие, прямые. Угол плечелопаточного сочленения около 100 — 110 градусов. Пясти удлинённые, слегка наклонные.

Задние конечности. Сухие, костистые и мускулистые, с длинными рычагами, с хорошо выраженными углами сочленений и ,если смотреть сзади, прямые, параллельные, расставленные широко. При спокойной стойке оттянуты назад так, что плюсны стоят почти отвесно.

Лапы. Сводистые, овальные, с плотно прижатыми друг к другу пальцами.

Правило ( хвост ). Длинное, саблевидной формы, но обычно на конце свёрнуто в кольцо. В спокойном состоянии опущено, на ходу собака поднимает его чуть выше спины.

Главный отличительный признак этих борзых — висячие уши. Во всём остальном они были довольно разнотипны. Так Эсмонт различал три типа.

Первый — это небольшие, лёгкие борзые ростом 63 — 66 см с узкой красивой головой, ушами в бурках и слабым убором на конечностях. Ну прямо тазы, на первый взгляд!

Второй — тоже не крупные борзые, грубоватые, без убора и с более грубой псовиной. Здесь мы отмечаем меньше признаков восточной борзой и больше хортой.

И третий — наиболее крупные, грубоватые, с более длинной и густой псовиной и слабо одетыми ушами. Здесь на лицо влияние русской псовой борзой.

Как видим, все три типа настолько различны, что впору их относить к разным породам. Однако, очевидно, что они замешаны на вислоухих восточных борзых.

Мы бы сказали, что породы южнорусской борзой как таковой не существовало. Эти собаки вырождались довольно случайно. Бывало, что у проверенной в вязках пары хортых вдруг выкидывалась типичная южнорусская борзая. (И это только подтверждает наше предположение, что у хортой довольно примешено крови восточных борзых.) И наоборот, у степных вислоушек нередко в помёте получались совершенные хортяки. Зачастую однопомётников относили к разным породам. Можно ли при таком раскладе считать южнорусскую борзую породой? Её даже породной группой называть сомнительно.

На наш взгляд, эти собаки представляли собой продукт сложной метизации местных отродий борзых. Поэтому признаки их экстерьера были неустойчивы, собаки были очень разнотипны, и далеко не всегда они передавали свои рабочие качества и признаки экстерьера потомству.

Кроме того, эти борзые всегда были довольно малочисленны. По словам того же Эсмонта, он больше десятка степных борзых одновременно не видел.

Так что же заставляло его так настойчиво их пропагандировать и прилагать много усилий для фиксации признаков этой породы?

Прежде всего, по-видимому, это их весьма неплохие рабочие качества. По многим свойствам южнорусские борзые были подобны хортым, кое в чём их превосходя. Они, как и хортые, были резвее восточных борзых, но, в отличии от хортых, теплее одеты. Иногда среди степных борзых появлялись собаки очень резвые. Отличались они и крепостью лапы, неприхотливостью, нестомчивостью. Были способны скакать по заледенелой пахоте («по ножам»), не получая травм. Хотя при таком жёстком (и жестоком) отборе, какой был у охотников южных степей, — это закономерно.  Южнорусские борзые были прежде всего охотничьими. Эти собаки очень хорошо приспособлены к местным климатическим условиям и работе в холодных продуваемых зимой сильными ветрами степях.

Могли ли завершиться усилия кинологов удачей, и была бы порода, в конце концов, сформирована? Нам кажется — нет. И причины здесь очевидны. Это и неустойчивость генотипа и фенотипа у представителей южнорусской борзой, и их малочисленность, и отсутствие культуры заводского разведения у местных охотников, и конкуренция с более старой и более устойчивой породой хортой борзой.

При таких исходных условиях для создания новой заводской породы необходима племенная работа в большом питомнике или труд группы энтузиастов-единомышленников. А такие примеры известны в отечественной кинологии.

Пассаж о выведении пород

                                                  Говорят, что настоящий резчик всегда

работает слегка туповатым резцом.

Кэно-Хоси, Япония, XIII — XIV век

В истории нашей кинологии весьма достойное место занимает создание пород лаек: русско-европейской, западно-сибирской и прочих. Рождение этих пород, можно сказать, было спланировано. Они выводились под заранее написанные стандарты. Основой для разработки стандартов служили не существующие местные породы собак, а из всего разнообразия отродий выбирался эталонный усреднённый экземпляр, описание которого и ложилось в основу того или иного стандарта. При этом в разведении использовались достаточно разнотипное поголовье местных промысловых собак. Считалось, что породы сформируются путём слияния географически близких их отродий. И в этом случае только наличие несколько десятков питомников сделало возможным выведение новых заводских пород лаек. Ведение строгого отбора и подбора производителей, жёсткая отбраковка собак и возможность получать в питомниках большое количество породистых щенков, которые распространялись по регионам, — позволили в короткое время получить массу собак очень высокой породности. И в результате, породы группы лаек сейчас самые многочисленные из охотничьих собак. Но в отличии от южнорусской борзой, генетический материал для их создания был практически неограничен.

При ограниченном же племенном материале возникают естественные трудности. Кинологов может завести в тупик неизбежный в таких случаях инбридинг. Деградация и вырождение, случалось, сводили на нет труды многих известных заводчиков. Это явление характерно для небольших частных питомников. Можно по этому случаю вспомнить известного любителям английских сеттеров заводчика XIX века Лаверака, собаки которого после длительного тесного инбридинга в конце концов выродились.

Но и наших теперешних кинологов может ожидать большое разочарование. Так большая и нужная работа Н. Герасёвой с восточной борзой бакхмулем пока держится на одном энтузиазме. Пока есть лидер, которому увлечённость и большой накопленный по этой аборигенной породе информационный материал создают авторитет и дают возможность как-то ещё вести племенную работу с этой породой. Но ограниченность генетического фонда бакхмуля вследствие его малочисленности и почти полном отсутствии притока новых кровей в ближайшее время может стать непреодолимым препятствием для развития и существования этой борзой. Сколько сможет эта порода продержаться? Сможет ли Н. Герасёва «раскрутить» её? Удастся ли энтузиастам отыскать в уголках Азии новых производителей? На эти вопросы сможет ответить только время.

В отличии от южнорусской борзой бакхмули сосредоточены в руках городских любителей в крупных кинологических центрах, и это позволяет ещё надеяться на благополучную их судьбу. Тоже самое касается и прочих восточных борзых: тазы и тайгана.

Новые экономические и политические условия открыли в России и новые возможности, которые тоже могут быть использованы для формирования новых и развития редких пород собак.

Сейчас, к примеру, вполне возможно сконцентрировать поголовье в каком-нибудь клубе. (Тот же клуб «Голубая Долина эль-Барк», специализирующийся на восточных борзых, характерный пример этому.) И тогда группа энтузиастов может сделать многое.

Появились и богатые люди. И они не всегда «жлобы», что-то иногда и у них шевелится. И поэтому вполне возможна организация крупных питомников на частные средства. Так — не для прибыли, а для души. При грамотных кинологах в них тоже можно вести эффективную работу с новыми породами.

Ещё один неплохой вариант — это коллективные питомники охотничьих собак. В этих питомниках тоже можно сосредоточить большое количество производителей и вести плодотворную племенную работу. Но нужно учитывать, что в них ведение племенной работы должно строиться по жёсткому стратегическому плану, при строжайшей дисциплине его членов (или владельцев).

И во всех вариантах во главе работы с породой должен стоять лидер (или, что хуже, группа лидеров-единомышленников). Он должен быть очень знающим и авторитетным кинологом, которому любители полностью доверяют работу с породой. И, конечно, лидер должен быть большим энтузиастом. Одним из примеров такого лидерства в нашем охотничьем собаководстве служит знаток ирландских сеттеров Татьяна Николаевна Кром.

А что нужно было бы делать, чтобы не пуская племенную работу на самотёк, создать породу южнорусской борзой? Нужно было бы придерживаться простого принципа: при тщательном подборе производителей строгая отбраковка потомства.

Так как многие признаки экстерьера у южнорусской борзой передавались весьма неустойчиво — пришлось бы повозиться. Сменилось бы, наверное, несколько поколений собак, прежде чем они стали бы достаточно стабильны. Важно было бы, к тому же, недопустить ухудшения рабочих качеств.

В общем, процесс длительный, кропотливый и накладный. Но он мог бы завершиться успехом, и порода южнорусских борзых была бы создана.

К сожалению, ни питомника, ни клуба, ни тесной группы энтузиастов в ту пору для неё не сформировалось. И что же такое южнорусская борзая — мы можем теперь только вспоминать и гадать.

Ещё несколько штрихов

Когда краток твой день

и досадно, что ночь длинна,

Почему бы тебе

со свечою не побродить?

Чжан Хэн, Китай, I -II век

Пик интереса к южнорусской (степной) борзой пришёлся на 60-е годы, и связан он с активной деятельностью К.М. Эсмонта. В те годы борзые этой породной группы часто появлялись на испытаниях в южных районах России и получали дипломы I и II степеней. Не редко их можно было увидеть и на выставках и выводках охотничьих собак Юга России. В эти же годы в журнале «Охота и охотничье хозяйство» появлялись статьи Эсмонта, посвящённые южнорусской борзой.

Но статистических и прочих данных по ним осталось всё же очень мало. Тем не менее, интересны и эти крохи.

Так, в ВРКОС за всю историю её существования записано всего две степные борзые. В 1971 году это была Лётка 1/бс Богданова В.Д. из Ставрополья. Она происходила от Тарзана и Галки Евглевского А.М., и при оценке экстерьера «отлично» у неё было по два диплома II и III степени. В 1972 году в ВРКОС была записана Пальма 2/бс Бойко М.Я. из Ростовской области, которая имела оценку экстерьера «очень хорошо» и диплом III степени. Происходила она от Полёта и Чайки Джуренко Н.Г. И всё…

Как мы уже упоминали, в 80-е годы южнорусские борзые на более-менее заметных выставках практически перестали появляться.

Отметим, что по нашим сведениям, в 1982 году на 12-ю Украинскую выставку охотничьих собак было записано две степные борзые (выставлена одна) Финагина А.П. из г. Харькова: Карай — с оценкой экстерьера «очень хорошо» и дипломом III степени, и Гильза — с оценкой тоже «очень хорошо» и дипломом II степени. В 1985 году, по данным учёта, в Харькове была всего одна дипломированная степная борзая. После этого южнорусские (степные) борзые на Украине ни в каталогах, ни в данных учёта не отмечались. А вскоре интересы украинских борзятников переключились на появившихся грейхаундов, и не только степная борзая, но и до того весьма популярная здесь хортая отошли в тень. (К счастью, в отличии от южнорусской борзой, хортой пока не грозит забвение, но проблем с появлением грейхаунда у неё прибавилось.)


Эсмонт считал южнорусских борзых потомками борзых горских и крымских. Ещё мальчишкой до Революции он видел подобных собак на Кавказе у состоятельных кавказцев. Вскоре все они исчезли вместе с хозяевами. Но степные вислоушки, при всей их разнотипности, напоминали ему тех старых борзых.

Так что же такое южнорусская борзая: ностальгия по прошлому, фантазия или мечта кинолога? Трудно сказать. Эксперты-кинологи люди весьма странные и оригинальные. И уж в любом случае — неординарные. Энтузиасты и фантазёры, мечтатели и фанатики, честолюбцы и альтруисты — они делают большое дело. Но, к сожалению, не в их силах изменить ход исторических и экономических процессов. К тому же, возможности человека ограничены, а век его короток.

Пусть стандарт несуществующей южнорусской (степной) борзой останется в истории отечественного охотничьего собаководства памятником мечте и энтузиазму.

А нам не хочется заканчивать на минорной ноте. Были и есть светлые страницы в истории наших борзых. Так русскую псовую борзую всё же сохранили. Сохранилась пока и порода хортых борзых.

Вот этой-то борзой, надеемся, и будут посвящены наши дальнейшие исследования.

 

Сергей Матвеев

эксперт по борзым

24 декабрь 1997 года

Этот сайт использует Akismet для борьбы со спамом. Узнайте как обрабатываются ваши данные комментариев.